Блог

Как я стала счастливой

Я родилась вторым ребенком в семье. С момента, как я себя помню, мне всегда было страшно. Я боялась всего. Темноты, пауков, а что, если мама умрет и как я буду страдать (серьезно – сидя в детском садике на стульчике я об этом думала и это было настолько странно, что я никому об этом не рассказывала). Была очень привязана к маме, в прямом смысле держалась за ее юбку и не отпускала ее от себя ни на шаг. Была очень серьезной, редко улыбалась. Дома было тихо. Никто не кричал. Но в воздухе напряжение зашкаливало. Такое впечатление было, что вот-вот и сверкнет молния. У меня болела голова, лет с 5, боли были до рвоты. Я часто болела. Была очень впечатлительным и ранимым ребенком. Хорошей девочкой. Маме невропатолог сказала, что я не смогу учиться в школе из-за головных болей. Я смогла. И училась хорошо. Мама всегда была чем-то недовольна. И это было для меня странно. Помню, как папа принес зарплату, рублей 800 что ли. А мама сказала: «жаль, что не 1000». Папа занервничал и ответил: «тебе все не так» (он произносил эту фразу до конца своей жизни). Как-то я принесла из школы 3-ку и была расстроена и очень хотела, чтобы мама меня поддержала и успокоила. Мама расстроилась вместе со мной. А когда я принесла 4-ку, то мама спросила почему не 5… Раз в 3-4 года папа становился странным, иногда в доме появлялись врачи скорой помощи и папу увозили в больницу. Пока папа был в больнице мама становилась спокойной и счастливой. От меня что-то скрывали и от этого было очень страшно. Страх был частью меня, и я так привыкла, что это было нормальным – бояться. В школе было страшно прийти в класс после болезни или каникул. А как меня примут... Стала развиваться мнительность. Еще я почему-то хороню в своей голове близких мне людей. Тысячи раз я или была уверена и боялась того, что мой папа умрет от употребления и его последствий, особенно, когда он состарился и ему «стало объективно нельзя пить». Папа продолжал жить, а я продолжала периодически его «хоронить» в своих мыслях. Тоже самое мое воображение проделывало с моими близкими в моменты страха.
Мой первый парень крепко выпивал, и его отец был алкоголик. Поняв это, я сразу решила, что замуж за него не пойду. И не пошла.
О том, что мой папуля - алкоголик, я узнала на первом курсе института, когда возвращалась с учебы домой: зашла в автобус, а на сидениях в размазанном состоянии развалился мой отец. У меня был шок... Оказалось, что мой папа алкоголик. Выпивать начал лет с 6. Пользовался кодировками лет с 35. Вот почему раз в 3-4 года он становился таким странным, вот почему в нашем доме не было алкоголя. Мама решила меня от этого оградить, и от меня это скрывали.
Моя старшая сестра охотно и много выпивала. Мы сестры по маме. Мой папа второй муж моей мамы, отчим моей сестры. Он растил ее с 6 лет, как родную, стал ей вторым отцом. Мама развелась с первым мужем, когда ей было 2 года и он поднял на нее руку. Выпивал.
Я рано вышла замуж, хотя и не собиралась. На втором курсе института. Влюбилась. На 4м – родила первого ребенка, дочку. Диплом получила беременная вторым, сыном. Дети-погодки. В свои 20 с небольшим лет я четко знала, как растить детей, какую я хочу семью, как мы будем жить.
У моего мужа и в его семье не было проблем с алкоголем – он как-то органично стоял на праздничном столе. Из рассказов свекрови я узнала, что дед моего мужа был алкоголиком. Мы с мужем были влюблены, молоды и радостно пошли жить нашу жизнь, строить семью. Как-то быстро все перешло к ссорам, скандалам, он все время был недоволен и хотел со мной развестись. А я сглаживала, очень старалась быть хорошей женой и матерью, и почему-то не получалось. Наши дети наслушались и насмотрелись родительских разборок. Крики в доме… Я не понимала: почему я кричу, уподобляясь мужу. Хорошие девочки так не делают, в моем родительском доме не кричали.
Лет в 30 я пришла в церковь. Было настолько плохо, я не знала, как жить дальше. Первые несколько лет я там тупо ревела и познакомилась с покаянием. Чувство вины шло в паре с моим страхом. Я все время чувствовала себя в чем-то виноватой. Здоровье разваливалось. Сразу после первых родов начала развиваться гипертония. Мигрени были настолько сильными, что я просто не могла встать с постели. Врачи, таблетки, разные методы лечения не помогали…
Параллельно нарастало употребление моей сестры. У нас были классные отношения. Когда я родилась, ей было 12. Сначала она очень ревновала, а потом мама нашла нужные слова и между нами воцарился мир. В 8 лет я стала тетей – у сестры родился сын. Я его обожала, с удовольствием нянчилась. Племянник вырос и имеет две зависимости.
В мои 40 лет я чуть не потеряла маму. Менингит, операция, реанимация, мама не приходит в себя, состояние крайне тяжелое. 19 дней реанимации с сестрой плечом к плечу. Каким-то чудом сестра тогда не употребляла. А как только маму перевели в палату, она сильно запила. Дала согласие на помощь. И так моя сестра оказалась в наркологичке, а я попала на свою первую группу – группу для родственников зависимых. Ее вела психолог. Каково же было мое изумление, когда в портрете дисфункциональной семьи я узнала себя в роли ребенка-спасателя… По щекам текли крокодильи слезы... Оказывается помощь нужна и мне. А я-то думала, что дело все в них, в моих родственниках, в папиных запоях, в употреблении сестры, в ссорах с мужем, в детях, школе, учебе, здоровье… Это немного дало объяснение моей жизни, моим проблемам, моей вечной гонке, страхам, переживаниям, неуверенности, недовольству... Семья, муж, дети, родители, материальные блага, а счастья нет... Я все время жалуюсь на жизнь, в голове один негатив, хорошего как будто нет. Помню, как чуть с ума не сошла от переживаний, когда дочь заканчивала школу, сдавала ЕГЭ, поступала в ВУЗ. Нет сил, что-то болит, одна боль сменяется другой, давление зашкаливает. С мужем стали меньше выяснять отношения, думаю притерлись. И как-то незаметно он употребляет все больше и больше.
Моя сестра пошла выздоравливать в АА. Я сопротивлялась еще 1,5 года. Сестра делилась спикерскими, рассказывала про программу 12 шагов. Эта программа звучала очень привлекательно. Как будто ее не помешает пройти любому человеку. Но мне было некогда. Я ж капец какая занятая. Так, верно и методично я достигла своего дна. К моему удивлению дно было в виде разрушенных отношений с сыном. Ему было уже 20 лет, он играл в игры, образ его жизни, то, как он выглядит, чем занимается, что ест, что пьет, что делает, что не делает – меня не устраивало абсолютно все. Я орала, орала до кашля. Замечала, что ору только, когда уже не могла орать – кашляла. У сына со школы диагноз: бронхиальная астма, редкая кашлевая форма.
Это был ковидный год, локдаун, все закрыто. А мне ж на группу то пойти было некогда. А тут: интернет, телефон, наушник и вуа-ля и я на своей первой он-лайн группе. Меня поразили лица. Это были счастливые лица. Очень светлые, красивые, свободные, не скованные мимическими морщинами грусти, печали, злобы. (То, что рассказывали эти женщины, было покруче моих проблем, и они говорили это со смехом, с юмором – меня это очень удивило, что так можно относиться). Мне предложили остаться и пообещали такое же лицо. Это было странное ощущение. Мы никогда не виделись, но я, как будто дома. То, что я слышала – находило отклик в моем сердце, я узнала себя, свое поведение, реакции, мысли. Это была та самая идентификация. Эти прекрасные лебеди приняли меня в свою стаю, меня – гадкого утенка. Я уже знала, что делать. Я была готова. Так мне казалось. Сразу после группы обратилась к молодой женщине. И началось мое путешествие по дороге с названием 12-шаговая программа. Я страшно тупила, не понимала, тыкалась, как слепой котенок. Шла медленно, но верно. Шаги нельзя пройти правильно, их можно просто пройти – своим путем, в своем темпе.
С той самой первой он-лайн группы я больше ни разу не орала на своего сына. Я не знаю, как так вышло. Я еще ничего не сделала. Я просто пришла. Это был подарок авансом. Сегодня у меня все хорошо. Я каждый день улыбаюсь. Вокруг как в мультике: какое все зеленое, какое все красивое. Я счастливая, радостная и свободная. У меня появился фундамент, опора. Мне уже больше так не страшно. С сыном прекрасные отношения. У меня самый лучший сын! Муж – замечательный, и главное живой. С близкими и окружающими меня людьми новые другие отношения. С сестрой тоже все иначе, чем в детстве, совершенно по-другому. Не могу сказать, что все мне нравится. Но я не хочу обратно. Там был тупик. Выхода не было. Там жизнь проносилась мимо меня, как скорый поезд. Я понятия не имела, что значит жить сегодня, здесь и сейчас, в моменте. А в этом моменте – в нем нет страха, в нем все в порядке и ничего не поломано, в нем Сила, более могущественная, чем я, Источник, тут я дома, тут тепло, спокойно и хорошо. Это не значит, что все безоблачно. Отнюдь. Я бываю в срыве, в тревоге, в страхе и недовольстве. Но теперь я знаю, что с этим делать. И времени на выход к солнцу, к радости, к счастью, нужно немного. Перестала болеть голова, 40 лет болела, и перестала. И с давлением стало лучше.
Я замужем, я счастлива, у меня уже есть внук. Папа умер не так давно. Мама жива. А еще у меня появилась благодарность, большая и маленькая, в моменте и в общем. Любить – это глагол. Это действие. И это про отдавать. Отдавать из наполненности, из ресурса, из избытка. Отдавая, я получаю.
Боже, спасибо, что привел меня сюда!